Существует множество способов гадания будущего, для которых применяются двукорневые слова – хиромантия, некромантия, геомантия и др. В различных культурах были свои методики, которые пользовались определенной степенью доверия. Маги и провидцы являлись посредником между человеком, беря на себя функции интерпретации знаков и образов, будь то гадание по внутренностям животных, полету птицы, линиям ладони или кофейной гуще. В 20 веке, общества которого были глубоко идеологизированными, функции интерпретаторов грядущих событий стали брать на себя политические структуры и их органы пропаганды. Как и при составлении погодного прогноза, желаемые версии будущего были основаны на череде циклов, частоте повторений исторических событий и всегда был соблазн сконструировать такое будущее, которое соответствовало бы политической платформе определенной группы. Известная модель Самюила Хантингтона о столкновении цивилизаций, которая повлияла на умы политиков, была разработана с целью обоснования вмешательства США во взаимоотношения третьих лиц под видом предотвращения или устранения конфликта. Продвижение демократии, что является одной из основ национальных интересов США, являлось для этого хорошим подспорьем. То, что конфликт мог быть искусственным и управляемым извне, оставалось за завесой тайны до тех пор, пока не появлялись результаты независимого расследования или не происходила утечка информации. Давайте вспомним, какие ключевые факторы привели к началу агрессии НАТО против Югославии в 1999 г. Одним из них была публикация фотографии в западноевропейских СМИ, демонстрирующая албанцев за колючей проволокой. Подпись гласила, что эти люди находятся в спецлагерях, созданных режимом Слободана Милошевича, что вызвало бурю гнева среди западноевропейской общественности. На самом деле, эти люди не находились за колючей проволокой, за ней находился какой-то объект, откуда и был сделан кадр хитроумным фотокорреспондентом. Работал ли он под заказ, либо лично хотел сделать какой-то «кричащий» кадр – вопрос этики пока оставим в стороне. Важно то, каким был результат этой информационной манипуляции. Он привел к куда более кричащим последствиям.

Информационные манипуляции издавна применяются противоборствующими сторонами, как во время конфликтов, так и для создания соответствующей атмосферы в обществе. В нацистской Германии широко практиковалось распространение мифов об арийском превосходстве, велись кампании по дискредитации еврейского населения. Листовки, газеты, радио, кинематограф были поставлены на службу нацистскому режиму, который вел активную пропаганду и на оккупированных территориях, как в Западной Европе, так и в Советском Союзе. Во время иракской кампании в войсках США информационными операциями занимались специальные подразделения, раздающие листовки среди местного населения и ведущие радио трансляции в занятых войсками интервентов районах. В самих США, где большинство медиа находятся в руках небольшой группы магнатов, принадлежащих к республиканцам и демократам, информационный дискурс формируется исходя из целесообразности в отношении тактики и стратегии политических кланов.

В эпоху, когда информационные технологии стали играть важную роль в обществе, осмыслению коммуникационных процессов стали придавать больше значения, хотя результаты исследований зачастую остаются недоступными широкой аудитории, которая предпочитает скольжение по смысловым полям. Между тем, знаки, символы и стереотипы, навязываемые нами через СМИ, непосредственно влияют на поведенческие модели, глубоко укореняясь в подсознательном. Ги Дебор говорил о зрелищной, намеренно театральной функции медиа, которая присуща современному обществу. Если театрализация сосредоточена, то в таком обществе господствует полицейский контроль, а если рассредоточена – то она сопровождает изобилие товаров, которые провоцируют инстинкты псевдо-потребностей, а далее влечет фальсификацию общественной жизни (1). Это - одна из функций медиа как инструмента, проявляющаяся в знаковых и образных формах. Но есть еще одна функция, измерение которой трансформировалось наряду с модернизацией самих медиа.

Как говорил Маршал Маклюен, «содержанием» любого средства коммуникации всегда является другое средство коммуникации, т.е. язык. О языковом планировании впервые заговорили лингвисты в середине прошлого столетия. Норвежский лингвист Эйнар Хауген приписывал нормативной лингвистике функции языкового планирования, относя ее к одному из видов человеческой деятельности, возникающей из потребности найти решение некоторой проблемы. Как отмечает его коллега Фергусон, правило, именно нация, объект, обычно не привлекавший внимания лингвистов, есть, в конечном счете, нормальная база для "коммуникативной сети, систем просвещения и языкового "планирования"(2). Итак, объектом языкового планирования является народ. Технологически манипуляции осуществляются либо через государство посредством образовательных программ, либо через СМИ, которые в последнее время претендуют на статус пятой власти, осуществляя коммуникативные функции. Здесь уже ставится вопрос о долгосрочной стратегии языкового планирования, где победителем будет тот, чьи языковые конструкты будут приняты и адаптированы в других обществах. Достаточно вспомнить какое сильное значение придавало Австро-Венгерское правительство языковым реформам на территориях, где проживало славянское население. Дворцовый библиотекарь в Вене Варфоломей Копитар еще в начале XIX в. ставил задачей создать множество диалектов в Галиции, чтобы каждая деревня писала и говорила по своему. Когда в 1895 г. в Галиции и Буковине ввели новую фонетику, поляк Воринский назвал это «чудовищным покушением на законы лингвистики»(3). Как пример лингвистического конструктивизма можно привести и современное государство Израиль, где сейчас говорят на иврите, воссозданном из мертвого и это является единственным и уникальным случаем, когда на языке, который стлетиями не применялся в живой речи, снова заговорили. Помимо нации как объекта, языковое планирование может осуществляться и в международных отношениях, что привело к появлению термина глоттополитика. Безусловно, преимущество в этом вопросе сейчас на стороне тех государств, чей язык более остальных используется в международной практике и терминология которого влияет и обуславливает такие важные сектора общественно-государственой жизни, как юриспруденция, дипломатия, ведение документов, научная терминология и пр.

Рассмотрим далее специфику современных средств коммуникаций. Упоминаемый нами  Маршал Маклюен разделял виды коммуникаций на горячие и холодные. «Горячее средство — это такое средство, которое расширяет одно-единственное чувство до степени «высокой определенности». С другой стороны, горячие средства коммуникации оставляют аудитории не очень много простора для заполнения или довершения. Горячие средства характеризуются, стало быть, низкой степенью участия аудитории» (4). К горячим средствам Маклюен относил радио, телевидение и газеты, - те традиционные масс-медиа, которые зачастую пользуются высокой степенью доверия среди аудитории. Взаимодействие между средствами коммуникации представляют собой «гражданскую войну», которая бушует в обществе, «оказывая воздействие на самые глубины нашей психической жизни, поскольку силы, ведущие эту войну, суть расширения и удлинения нас самих... Скрещивания, или гибридные соединения средств коммуникации, высвобождают великую новую силу и энергию, сопоставимую с той, какая высвобождается при расщеплении ядра или термоядерном синтезе» (5). В итоге в обществе может вспыхнуть гражданская война уже без кавычек. Адекватно нынешней ситуации это можно назвать социальными волнениями, цветной революцией или дестабилизацией общественного порядка. Следовательно – медиа могут быть катализатором народных бунтов, особенно когда поднимаются деликатные темы в отношении сложного и трагического прошлого нашей Родины и наших предков. Но ряд либеральных российских СМИ постоянно предпринимает попытки пересмотреть историю или осудить действия прошлых поколений, причем зачастую это связано с манипуляцией и искаженим фактов. Такой либеральный ресурс как Каспаров.ру ранее неоднократно публиковал подложные статьи Сергея Мельникоффа. А осенью прошлого 2009 г. в искажении фактов была уличена «Новая газета», когда в спецматериале, посвященом ГУЛАГу, появилось фото жертв нацистской политики в годы Второй мировой войны (6). Либерально-правозащитный центр «Сова» также неоднократно критиковался за некорректные высказывания и предвзятые оценочные суждения. На простую оплошность подобные журналистские зарисовки не похожи. Связь сотрудников данных медиа с перекрестками либеральных течений, в том числе, зарубежных, и связанных с политическим истэблишментом США тоже очевидна. А просуммировать слагаемые о языковом планировании, внешнем управлении и «гражданской войне» сможет и недалекий читатель.

Теперь предлагаю вернуться к строкам, с которых мы начинали эту публикацию.
В традиционных обществах, где были распространены шаманские и пророческие культы, при ошибочном  предсказании обычно практиковалось умерщвление не справившегося со своими функциями …манта. Что касается практики гадания, то в христианском обществе (мусульманском тоже) она всячески порицалась, так как умалялось значение провидения и функции Бога. Считалось, что тот, кто обращается к гаданию, вступает в сделку с низшими силами демонического порядка, которые делают человека игрушкой и инструментом для своих темных дел. Соответствующие выводы о роли демонических сил, либеральных медиа и как поступать с ними в случае неадекватной трактовки тех или иных событий вы можете сделать сами.


1. Ги Дебор. Общество спектакля. – М.: Логос, 2000, с. 44-45.
2. Ch. A. Ferguson. The language factor in national development. "Anthropological Linguistics", 1962, 4 : 1, 23-27.
3. Щеголев С.Н. Украинское движение. – Киев.: 1912, с. 106
4. Маклюен. Г.М. Понимание медиа: внешние расширения человека. – М.: Канон-пресс-Ц, Кучково поле, 2003, с.28.
5.  Там же, с. 52.
6. http://www.novayagazeta.ru/data/2009/gulag09/01.html

Леонид Савин

Источник: Евразия